Закон внутреннего развития
(Критика околомарксистских взглядов на Советскую власть)

Введение

Сейчас говорят, что семьдесят лет Россия развивалось неправильно. Это был исторический тупик. Конечно, это не так. Идеи социализма изменили мир. Надо только вспомнить экономические преобразования, проведенные на западе после второй мировой войны именно под влиянием идей социализма, под влиянием страха победы коммунистических партий на выборах. Именно эти преобразования сделали запад тем, кем он является сейчас. Можно даже сказать, что плодами социалистической революции в России воспользовался запад. Что касается самой России то большевиков надо благодарить, а не проклинать. В 1917 году страна разваливалась. Было массовое дезертирство, всюду только и говорили о мире и о земле крестьянам. Большевики только поэтому и победили, что озвучили эти требования. Если не социалистический переворот 1917г. сегодняшней России бы не было. Не надо забывать послевоенного восстановления и достижения военно-стратегического паритета достигнутого к началу 70-х, что обеспечило стабильность в мире. А также развала колониальной системы в начале 60-х годов. Все это прямые и непрямые последствия октябрьской революции 1917 года в России. Но перестройка, безусловно, была необходима. Общественная собственность превратилась просто в государственную, которая перестала отвечать интересам рабочих. Экономика не принимала научно – технических достижений когда, например, упаковки с новейшей аппаратурой неделями или месяцами лежали, где-нибудь во дворе мединститута или предприятия. Другое дело, что перестройка провалилась.

Научный взгляд на социализм не был возможен долгое время, так как отсутствовал критически необходимый опыт. Никто не знал, какие закономерности проявится в обществе, где нет частной собственности. Напротив были распространены иллюзии, что в социализме все решает политическая воля. Только с течением времени начало становится ясным, что в социализме есть некие экономические закономерности, о которых классики ничего не сказали, так как были первыми. И которые если они не познаны, развитие направляли не в ту в сторону, в которую планировалось. Самое странное, что этот взгляд, который является насквозь марксистским, нераспространен среди тех, кто сегодня себя считает марксистами и коммунистами, люди оказались просто не способны посмотреть на все не через призму отдельных личностей, а через призму объективных экономических законов.    

Сегодня многие указывают на теорию тоталитаризма, якобы она все объясняет, что произошло с советской страной. Но это не тот взгляд, который может объяснить. В советский период с формальной точки зрения была и партийная, и советская демократия. Если в жизни этого не было, то ответа надо искать в едином плановом хозяйстве. Т.е. в экономических закономерностях. Теория тоталитаризма, геополитическая преемственность, традиции и пр. нематериальные вещи ничего не значит, они ничего не объясняют, только заводит политику в тупик. Т.е. Советский Союз погиб не из-за происков ЦРУ и не из-за того, что Горбачев любил побрякушки вроде так называемой Нобелевской премии мира. Хотя все это, конечно, важно. Советский Союз погиб из-за экономических противоречий, из-за непознанных экономических закономерностей.  

Но такой взгляд заставляет вспомнить некоторые истины. При товарном обмене люди вступают между собой в отношения, не зависящие от их воли. Именно эти отношения определяет экономическую зависимость одного человека от другого, систему зарплаты, нормы поведения господствующие в обществе, мнение общества о себе и т.д. Это так называемые производственные отношения. Сами эти отношения зависят от уровня развития экономики, т.е. от производительных сил. В плановой экономике главным является плановое изделие и плановый обмен, и это в свою очередь определяет все. И, если советская и партийная демократия стала формальной, то ответа надо искать в тогдашних производственных отношениях. Но раньше, как и сейчас под таким углом зрения никто не рассматривал советское общество. Считалось, что все определяет политическая воля компартии. Такой взгляд является сутью теории тоталитаризма, т.е. понимание социалистического общества было перевернутым.  

Крах Советского Союза не опроверг марксизма, а подтвердил его, и теория тоталитаризма здесь совершенно ни при чем. Советский Союз погиб по экономическим причинам и именно марксизм позволяет объяснить, что произошло. Сейчас господствует теория тоталитаризма и теория командно-административной системы. Первая подразумевает существование однопартийного режима с господствующей идеологией, и всякий кто не придерживался этой идеологии, подвергался репрессиям. При таком подходе остается в стороне вопрос, какая форма собственности господствует и ничего нельзя понять. Вторая теория, теория командно-административной системы, которая была создана в советской стране, имеет как бы намек на экономику, что видно из названия. Но и она подразумевает, что в советской экономике все решал приказ. Сторонникам такого взгляда и в голову не приходит, что все решал не приказ, а материальная заинтересованность. Люди делали, за что им платили. А платили за объем за количество за то чтобы увезти подальше и т.д. так как это было выгодно, не было никакого приказа. Но такой взгляд оказался слишком сложный для демократов и их друзей. Обе эти теории бессмысленны, так как не объясняет сути.      

Компартия и советская власть вместе с ней с самого начала оказалась в плену непознанных экономических сил. Сформировалось так называемое денежное хозяйство, когда, казалось бы, именно потребность денежного хозяйства расти определяет все. Но сами деньги были лишь отражением тогдашних экономических отношений, потребности государственного хозяйства самовоспроизводиться. Но это не осознавалось. По мере развития единое плановое хозяйство начала стимулировать спекуляцию, приписки, мелкое воровство, когда стало считаться хорошим тоном воровать на рабочем месте, взяточничество, когда стали приписывать несуществующие объекты на сумму в тысячи и миллионы рублей. Именно тогда начали расти официальные и неофициальные привилегии и появляться кризисные явления. И именно интересы этого полукриминального слоя, который сформировался в недрах единого планового хозяйства, выражала верхушка КПСС. Эта верхушка придерживалась теории абстрактной государственности, говорила о великом русском народе, тем самым, способствуя распространению теории тоталитаризма и идеи шовинизма. Естественно, при таком подходе перестройка, т.е. необходимые реформы, была вывернута наизнанку.

В истории социализма повторилось все то же, что и в старой истории или старой политэкономии домарксистского периода. Все явления объясняли исходя из действий генеральных и первых секретарей, культом личности и пр., т.е. чисто политическими действиями, не подумав о том, что все это объясняется слепыми общественными силами и на том уровне развития общества, который был тогда, они не могли быть другими. Сам Ленин говорил об индустриализации и коллективизации, т.е. о политических действиях. Многим казалось тогда, что мы были вынуждены завершить буржуазно – демократические преобразования, в том числе и закончить индустриализацию страны, т.е. то, что не было совершено капитализмом, и только потом развивать собственно социализм. И это действительно было так. Сталин говорил о завершении строительства социализма. И это также было так. Но какие внутренние силы развития самого социализма не знал никто. Сама постановка вопроса об этом отсутствовала. Очередной раз подтверждался закон о невозможности судить об эпохе по её сознанию (Маркс К. К критике политической экономии, М., 1949, с.8), когда считалось, что в СССР построено полноценное социалистическое общество и никто не думал, что в самом социализме могут появиться непредусмотренные экономические силы.  

Вообще весь период, начиная с 1917 года и кончая перестройкой можно назвать эпохой классического социализма. Классического потому, что он дал законченные и наиболее ясные формы, как тогда выглядел социализм и потому, что он завершен и больше не повторится. Социализм погиб не потому, что Горбачев продал страну и не потому, что народ по ошибке выбрал Ельцина своим президентом. Причина здесь глубже. Суть перестройки должна была составить экономическая реформа. Об экономической реформе впервые заговорили еще в седьмом десятилетии во времена так называемой косыгинской реформы. Разговоры об интенсификации народного хозяйства шли почти все время правления Брежнева. По мере накопления опыта становилось ясно, что существуют какие-то непознанные экономические законы, о чем впервые сказал Андропов, что нужна кардинальная экономическая реформа. Но ничего сделано не было. Не было ясности. Между тем теория провозглашала, что у нас развитой социализм и если и надо кое-что улучшить, то лишь частично. Так как суть перестройки не была понята, все закономерно закончилось катастрофой. Но катастрофа перестройки вовсе не означает конца социализма. Появился критический необходимый опыт, которого не было раньше и надо только им воспользоваться. 

Многие в этом усматривает доказательство, что коммунизм потерпел поражение. Это заблуждение, так как никакого коммунизма не было. Официально считалось, что социализм это первая фаза коммунизма. Но оказалось, что сам социализм имеет несколько этапов развития, и этого никак нельзя было предусмотреть ни в XIX веке, ни в 1917 году. Социализм, который был у нас это социализм первого этапа и он очень отличается от того, каким социализм представляли классики. И это естественно учитывая, что в 1917 году никто не знал, как создавать общество без частной собственности. Так что говорить о поражении коммунизма бессмысленно, так как никакого коммунизма ещё не было. Надо говорить не о поражении коммунизма, а о накоплении критически необходимого опыта, которого не было в 1917 году. Но для многих это оказалось слишком сложно. 

Практика показала, что социализм может и погибнуть, и проиграть исторический спор с капитализмом. На нынешний момент социализм потерпел поражение точнее его определенная политическая форма и из этого необходимо сделать выводы. Социализм должен отвечать интересам большинства населения, интересам трудящихся, их экономическим интересам. Социализм живет в вечном движении и развивается благодаря противоречиям. И с каждым витком развития производительных сил он должен менять свои формы. Ленин полагал, что есть антагонистические и неантагонистические противоречия первые присущи капитализму вторые социализму (Ленинский сборник, XI, с. 391). Но практика показала, что противоречие и есть противоречие и если их не разрешить социализм взорвется, что у нас и случилось. Не остается никакой разницы между антагонистическими и неантагонистическими противоречиями. Конечно, может показаться, где же в таком случае разница между социализмом и капитализмом. Именно существование частной собственности при капитализме, т.е. классовые интересы, делает противоречия неразрешимыми, что и порождает всяческие коллизии. Но общества, где вообще нет противоречий, не будет никогда. Просто общественная собственность позволяет противоречия замечать заранее и их разрешать, не дожидаясь пока они превратятся в катастрофу. Только осознав неизбежность существования противоречий можно избежать фатальных ошибок.