Закон внутреннего развития
(Критика околомарксистских взглядов на Советскую власть)

Предисловие

Толчок появлению этой работы была ситуация в ЛКП в частности в институте истории партии и вообще в КПСС в 1990-91 годах. Первопричиной была дискуссия, вызванная Правдой перед XXVIII съездом КПСС в 1990 году с целью обсудить Программное заявление. Все кто тогда работал, могут засвидетельствовать, что работа всех партийных инстанции в то время представляло удручающее зрелище. Все распадалось, но никто не занимался текущими проблемами. Не было попыток оформить настоящую оппозицию, например, рвать принципиально с Бразаускасом, тогдашним лидером ЛКП, благодаря бездействию, которого произошел раскол ЛКП в конце 1989 года, не было попыток даже просто связаться с недовольными в нижестоящих партийных организациях. Партийные начальники выжидали. Так называемые партийные ученые вели себя так, словно ничего не происходило. Писали себе диссертации ехали на стажировку или в аспирантуру в ЦК КПСС обсуждали проблемы культуры начала двадцатого века. И все происходило в 1990-91 годах, т.е. тогда когда уже все разваливалось. Но нигде среди партийных ученых не было слышно даже попыток осмыслить происходящее. Если они и прикасались к актуальным проблемам, то только для того чтобы восхвалить новое мышление. Если его и критиковали, то только в узком кругу между собой. Словом, все сводилось к тому, чтобы обеспечить себе незыблемость своего материального положения. Это касалось и части партийных работников. Если кто и пытался что-нибудь сделать, то рядовые коммунисты партийные работники среднего и низшего уровня. И то не все. Часть коммунистов, которых никак нельзя обвинить в карьеризме чувствовали себя уставшими, они просто не знали, что делать, потому что никто их этому не учил. Другие элементарно опасались за свое будущее. В то время, т.е. в 1990-91 годах мелкобуржуазное движение Саюдис уже стало серьезной политической силой, а из партийного центра не было никакой информации никакого направления. Вообще ничего. Те, которые пытались, что-нибудь сделать им не хватало знаний и ясности мысли.

Похожее положение существовало и в КПСС в целом и конкретно в самом ЦК КПСС. Именно этим объясняется, что недовольные курсом Горбачева ограничились обозначением своей позиции в ЦК КПСС, созданием разных платформ, но никто не решился требовать, чтобы Горбачева сняли с поста Генерального секретаря и судили или, по крайней мере, чтобы выгнали из партии. Не решались пока Горбачев не оставил их самих в дураках просто бросив партию после знаменитого ГКЧП (Государственный комитет по чрезвычайному положению). Т.е. после последней попытки спасти государство и социализм. Хотя в частных разговоров соглашались, что да надо что-то делать. Но дальше разговоров дело не шло. Кстати именно этой раздробленностью и отсутствием ясности мысли объясняется, что у ГКЧП не было никакой связи с коммунистами, обозначавшими себя как оппозицию по отношению к Горбачеву, не было никакой связи с недовольными уровнем ниже в самой партии (не в самом ЦК КПСС), с недовольными в союзных республиках. Между этими группировками вовсе отсутствовала какая-либо координация действий. И Верховный Совет СССР и ЦК КПСС как институции остались в стороне. Именно этим отрывом от партии обусловлено поражение ГКЧП. Кстати члены ГКЧП, как и партийные группировки, обозначавшие свою оппозицию курсу Горбачева и его окружения, также не требовали отстранения Горбачева и его ареста. Если бы они этого хотели к этому были прекрасные условия 19 августа 1991 года. Вместо этого они полетели к Горбачеву, за что были арестованы сами. Наивность мысли очень часто заканчивается трагически. Вся эта сумбурность действий членов ГКЧП объясняется тем, что у них, как и у их коллег по партийной оппозиции (неосознанной или явной это неважно) отсутствовало ясность мысли, чего они хотят достичь. Таково было положение в партии в 1990-1991 годах. Я тогда работал младшим научным сотрудником в институте истории партии и видел все это «снизу». Все выглядело очень странно. Из истории было известно, что коммунистическая партия может прекрасно и защищаться и нападать. Здесь же ничего не было. Естественно возник вопрос, что происходит. 

Результатом всех этих наблюдений стали две работы Плановый способ производства и Что такое советская власть? Политэкономические выводы сформулированы в первой работе, оказались фактически вынужденными, сформулированы коротко и фактически материал собран не мною. Их может сделать каждый, если вспомнить общеизвестные факты советской действительности и опираться на марксизм. Но без политэкономического анализа нельзя было обойтись. Слишком много развелось объяснений, якобы во всем виноват кризис партии или предательство Горбачева. Взгляд, что все объясняется через кризис партии, напрямую ведет в политический тупик. Получается, что достаточно переловить шпионов и предателей и все будет хорошо. Если просто переловить шпионов и предателей и больше ничего не делать, то значит, социализм надо воссоздать таким, каким он был. А это равнозначно катастрофе. Многие коммунисты грешат тем, что якобы ошибка была в том, что были использованы товарно-денежные отношения и закон стоимости. Но закон стоимости существует объективно он не зависит от чей-то воли. Также нельзя согласиться с мнением, что возможен социализм без денег, без материальной заинтересованности, как думают некоторые коммунисты. Таково общества не существует в природе. По крайней мере, в обозримом будущем. Товарно-денежные отношения сами по себе без частной собственности ещё не являются капитализмом и только из этого и надо исходить. Нельзя забывать также о том, что катастрофе коммунистического движения очень содействовало то, что социализм предали те, кто должен был его защищать. Генеральный секретарь и партийные руководители на местах. Получился психологический нокаут. Именно поэтому нынешние коммунисты на дух не переносит не только самого Горбачева, но и само слово перестройка. Но эмоции не могут заменить трезвого анализа. Практикой доказано, что невозможно создать общество, где нету материальной заинтересованности. А там где материальная заинтересованность там и товарно-денежные отношения и закон стоимости. Советский Союз погиб не потому, что существовал закон стоимости, а потому что денежная масса все время росла, а экономическое развитие практически остановилось. В этом суть всех проблем.   

В первой работе я констатирую такое явление как плановый спрос, т.е. плановое хозяйство начала жить своей жизнью, у нее появился свой устойчивый спрос наподобие рыночного спроса, который не зависел от очередного руководителя страны и существовал до тех пор, пока существовало само плановое хозяйство. Плановое хозяйство развивалось в том направлении, что все время стремились производить, что-нибудь тяжелое большое энергоемкое увезти подальше и прочее. Плановый спрос действовал только в одном направлении вопреки всем директивам партии и правительства. Но плановый спрос не действует без живых людей, без чиновников. Появился так называемый повторный счет сырья и материалов или вал. Вал был выгоден чиновникам, которые были неподконтрольны никому и правили от имени партии и советской власти. Конечно, это нигде не записано. Но каждому чиновнику в отдельности был выгоден показатель, который позволял показать больше, чем создано на деле, а именно это повторный счет позволял делать. Когда таких чиновников большинство, и они составляет некую привилегированную или полупривилегированную группу тогда это становится экономическим явлением. Именно поэтому показатель повторного счета стал главным, что определило развитие экономики. Появился тесно связанный с плановым спросом закон дополнительного времени, когда времени есть столько, сколько требуется для производства строительства или перевозки очередного большего и энергоемкого объекта. Дальнейший анализ показал, что возможно плановое хозяйство, где нет повторного счета сырья и материалов. Т.е. плановое хозяйство может существовать в двух ипостасях – когда есть повторный счет сырья и материалов, и когда его нет, что обеспечивает высокую производительность труда.     

Но марксистский взгляд на советское общество «высветил» и другие проблемы, которые не были предусмотрены. Советская власть может внутренне развиваться, и ее развитие зависит от развития планового хозяйства. Достаточно сказать, что политические импровизации очень вредит экономике. Но они неотделимы от принципа соединения властей, что записано в конституции 1918 года. Требуется постоянные законы, что неотделимо от принципа разделения властей, что записано в конституции 1936 года. Но в этом вопросе царит почти полное невежество. В том числе и среди нынешнего как бы коммунистического движения и в этом у него прямая преемственность с поздней КПСС. Сама эволюция советской власти диктует ряд выводов, какой должна быть новая советская власть. В работе Что такое советская власть я рассмотрел эти вопросы. 

Марксистский анализ тем более необходим, что коммунистическое движение точнее то, что от него осталось, представляет собой удручающее зрелище. Нынешние левые занимаются чем угодно, но только не выяснением главных, т.е. экономических причин, не выяснением непознанных экономических закономерностей, которые погубили советское общество. Самое странное, что этот взгляд, который является насквозь марксистским, нераспространен среди тех, кто сегодня себя считает марксистами и коммунистами, люди оказались просто не способны посмотреть на все не через призму отдельных личностей, а через призму объективных экономических законов. Перефразируя известную мысль Ленина можно сказать, что сегодня коммунистом может считаться лишь тот, кто признает советскую власть. Но понять новую советскую власть, можно лишь зная прошлые экономические ошибки. 

Но нужна дискуссия. Необходимо использовать методологию Маркса и Ленина, т.е. их подход как они анализировали действительность своего времени. Но думать надо самим. Вопрос о советской власти слишком важен, чтобы его оставить на потом, когда наступит критический момент. Только имея теоретическую ясность можно встретить лицом к лицу те политические ветра и бури, которые нас ждут. Надеяться что массы, просто так ведомые абстрактно левыми идеями сумеют нечто предложить или создать это ошибка. Массовое стихийное движение само по себе ничего создать не может, и все может кончиться ничем. На момент кризиса надо иметь уже созданную теорию перед глазами, чтобы ясно себе представлять, что возрождать. Советский опыт надо было систематизировать, что я и сделал.                  

 

Гинтарас Буткус